Нацбанк может стать хрестоматийным примером проведения реформы финансового сектора. Или таких нововведений, чтобы потери государственных финансов были больше, а олигархи смогли хорошо заработать.

Юбилей финансового кризиса

Через несколько месяцев исполнится пять лет с начала финансового кризиса в Украине, известного как «банкопад». Это означает, что пятилетние сроки ликвидации банков закончатся уже в 2019 году. После завершения ликвидации банков требования кредиторов считаются погашенными. Теперь этот вопрос регулируется законодательством.

То есть если вкладчик банка VAB Олега Бахматюка ждал выплату средств в результате реализации активов, то ему остался год. Поскольку Фонд гарантирования вкладов (ФГВ) компенсировал только гарантированные 200 тыс. гривен. Временная администрация в этот банк была введена 20 ноября 2014, поэтому до 20 ноября 2019 ликвидация должна закончиться. Даже если вкладчик не получит свои средства, его требования как кредитора будут считаться погашенными.

В такой же ситуации находится и Нацбанк. Он щедро раздавал учреждениям олигархов рефинансирования, которое те часто выводили в оффшоры. Перед простыми вкладчиками у регулятора есть ряд преимуществ. Нацбанк стал обеспеченным кредитором благодаря залогу на займы. Фонд гарантирования должен их продать и отдать средства регуляторам.

Однако с возвращением этих средств, даже при наличии залогов, возникли проблемы. Банки должны НБУ около 43 млрд. грн. основной суммы кредита и 7 млрд. грн. процентов. Все эти средства неплатежеспособные учреждения должны вернуть за полтора года.

На вопрос о том, как потенциальная неудача с погашением займов повлияет на финансовый результат НБУ, регулятор отвечает уклончиво. «НБУ создал резерв под обесценивание предоставленных кредитов, исходя из оценок будущих поступлений по этим кредитам», – ответили в Нацбанке.

Что это значит? НБУ под обесценивание своих кредитов должен формировать резервы. Фактически это средства, которые он получает от другой деятельности. Например, по выплатам от Минфина своим портфелем ОВГЗ или от валютных операций.

Если эти средства вернутся, то резервы расформируют, и они будут отражены как прибыль НБУ. Если нет – кредиты спишут, а бюджет получит не все средства. Впрочем, ни прогнозируемую сумму возвратов, ни сумму сформированных резервов НБУ не называет.

Исчезающие миллиарды

Цифры о потенциальных возвратах НБУ интересные, но позитива в них мало.

Балансовая стоимость активов, оказавшихся в распоряжении Фонда после падения сотни банков, составляет около 500 млрд. грн. Из них в залоге НБУ – активов более чем на 135 млрд. грн. Их оценочная стоимость составляет 24 млрд. грн.

При оптимистическом сценарии НБУ сможет вернуть половину кредитов. Однако на позитивный сценарий вряд ли следует рассчитывать. Хоть в 2019 году закончатся сроки ликвидации банков, значительная часть активов даже не попадала на торги.

«В течение 2017 года Фонд гарантирования направлял на согласование условий продажи в НБУ решение о 5 тыс. активов на сумму 115 млрд. 600 млн. гривен. Из них было получено согласование о 2 тыс. активов на сумму 42 млрд. 800 млн. гривен», – отметили в фонде. То есть за три из пяти возможных лет ликвидации банков на торги попала только треть от всех лотов. Кардинально ситуация изменилась лишь в 2018 году.

Весной НБУ по инициативе фонда принял рамочное решение о согласовании условий продажи активов ликвидируемых банков: более 12 тыс. активов на общую сумму почти 30 млрд. грн. Преимущественно это были ипотечные кредиты.

«За первое полугодие 2018 года на согласование в Нацбанк было направлено решение о 6 тыс. активов на 108 млрд. 100 млн. гривен, из которых получено согласование по 4,5 тыс. активов на сумму почти 80 млрд. грн.», – отметили в фонде. То есть даже сейчас треть кредитов не попала на торги.

Вокруг процесса согласования между НБУ и ФГВ давно продолжаются конфликты. НБУ считает, что фонд плохо продает, а фонд убежден, что НБУ плохо согласовывает. В таких условиях низкие темпы возврата средств никого не удивляют. За последние три года сумма реализации активов, находящихся в залоге Нацбанка, в августе 2018 составила 2 млрд. 800 млн. гривен.

Время – деньги

То, что происходит с активами во время несогласованной продажи, заслуживает отдельного внимания. К сожалению, они не дорожают в соответствии с постепенным экономическим ростом. Наоборот – цена некоторых приближается к нулю.

Заемщики, чьи активы были залогами по рефинансированию от НБУ, оказались в более выгодном положении. Чтобы не возвращать кредит и не отдавать залог, нужно, чтобы НБУ не согласовывал продажи активов.

 

За это время выбить актив можно было двумя путями:

Первый – реализовать процедуру контролируемого банкротства предприятия, «нарисовав» другие долги перед приближенными к заемщику структурами. Как следствие – сформировать лояльный комитет кредиторов. В результате переданное в залог имущество продавалось за бесценок, а на балансе банка оставались фактически бланковые кредиты.

Второй – выбить ипотеку из-под регистрации. Самый распространенный вариант – через суд признать договоры недействительными. Оснований для этого множество: от проведения графологических экспертиз и обжалования подлинности подписей до обжалования права собственности на переданное в ипотеку имущество.

За годы ликвидации банков было немало случаев, когда Нацбанк не согласовывался с Фондом гарантирования. Тем временем заемщики выводили свои активы из-под залога. По словам собеседника ЭП, таких примеров – десятки.

Например, в залоге по рефинансированию НБУ банка «Надра» был долг КП «Экопласт» и Мстислава Скоробогатова. Обеспечением по двум кредитам суммой более 60 млн. грн. были здания гостиничного комплекса «Черемош».

Еще в 2014 году банк попытался взыскать обеспечение по кредитам, но предприятие начало судебную тяжбу для признания ипотечных договоров недействительными. ФГВ несколько раз обращался в НБУ с требованием согласовать продажу актива из-за угрозы утраты обеспечения.

 

Читайте также: Примеры успешных адвокаций предпринимателей